Мир на планете отступает. В 2025 году было зафиксировано больше вооруженных конфликтов с участием государств, чем в любой год начиная с 1946 года, а уровень свободы в мире снизился двадцатый год подряд. Глобальный индекс миролюбия 2026 года зафиксировал двенадцатое подряд ежегодное снижение уровня миролюбия в мире.
Поддержание международного мира является первой целью Организации Объединенных Наций, однако в международном праве нет согласованного определения мира. В одном из недавних обзоров научной литературы насчитывается 61 различная концепция мира. Врачи оценивают лечение исходя из представления о том, что такое здоровье. Не имея аналогичного представления о мире, мы не можем сказать, способствуют ли наши законы его достижению.
В новой статье в журнале Journal on the Use of Force and International Law я предлагаю такое представление и называю его the Sovereignty of Sentience. Это философский аргумент, построенный только на том, что каждый из нас может знать наверняка из собственного опыта, и он приводит к единому критерию мира, который, как я утверждаю, применим в любом масштабе — от семьи до Организации Объединенных Наций.
Уверенным можно быть только в собственном опыте
Вы знаете, что вы — сентиентное живое существо и что ваш опыт важен для вас: есть нечто, каково это — быть вами. Вы видите, чувствуете, тревожитесь и надеетесь. Но этот опыт является сугубо личным. Вы не можете проникнуть в чужой опыт, и никто не может проникнуть в ваш. Ваша соседка почти наверняка тоже сентиентна, однако вы никогда не сможете этого доказать — МРТ-снимок ее мозга не покажет вам, как она видит закат, — так же как и вы не можете доказать кому-либо свою собственную сентиентность.
В этом смысле каждый из нас суверенен в отношении собственного опыта, и именно отсюда происходит название the Sovereignty of Sentience. Суверенность здесь означает власть над собственной жизнью, а не суверенитет государств.
Чтобы защитить себя, нужно защищать каждого человека
Допустим, мы договорились бы защищать только тех, кто может доказать свою сентиентность? Такую проверку не прошел бы никто, в том числе и я.
Допустим, напротив, что защита предоставлялась бы сильнейшему? Это работает лишь до тех пор, пока вы остаетесь сильнейшим, а никто не остается им навсегда.
Каждый из нас пережил младенчество потому, что другие заботились о нас, когда мы были беспомощны и ничего не могли доказать, а болезнь, травма или старость могут вновь сделать беспомощным любого из нас.
Поэтому норма, которая лучше всего защищает вас, даже если вы заботитесь только о себе, состоит в том, чтобы относиться к каждому человеку как к сентиентному существу: с уважением. Я называю это презумпцией сентиентности. Подобно презумпции невиновности, она определяет, как мы обращаемся с кем-либо, не претендуя на знание истины. Ошибка в сторону заботы обходится недорого. Ошибка в обратную сторону порождает норму, при которой с любым из нас могут обращаться как с вещью.
Мир означает, что для каждого обеспечиваются четыре гарантии
Только вы можете знать, что необходимо для вашего благополучия, поэтому мир не может защищать само благополучие. Он может защищать вашу свободу стремиться к нему на собственных условиях. Для этого от всех остальных требуются четыре вещи:
- Субъектность: отношение к вам как к кому-то, а не к чему-то.
- Юрисдикция: отношение к вам как к единственному авторитету в отношении собственного опыта, без того чтобы другие решали за вас, что вы чувствуете или в чем нуждаетесь.
- Свобода: наличие реального выбора и средств действовать в соответствии с ним.
- Безопасность: защищенность вашего тела, ваших границ и жизни, которую вы выстроили.
Мир — это состояние, при котором все четыре гарантии обеспечиваются для каждого. Насилие — это нарушение любой из них в отношении кого бы то ни было. Справедливость — это повседневная работа по предотвращению таких нарушений и устранению их последствий.
Разногласия являются нормальной частью здорового мира, и мирное общество дает им выход — например, в форме политических дебатов в условиях демократии, — где их можно урегулировать, не нарушая ничьих гарантий.
Международное право одновременно запрещает применение силы и допускает его
С точки зрения этого критерия международное право расколото надвое. Одна его часть поддерживает четыре гарантии, в том числе запрещение применения силы, нормы о защите гражданских лиц во время войны и право прав человека. Другая часть допускает насилие, например самооборону и военные действия, санкционированные Советом Безопасности. Сама структура Организации Объединенных Наций также не отвечает этому критерию, поскольку пять постоянных членов обладают правом вето и любое изменение этого порядка требует их согласия.
Я признаю, что самооборона может быть законной, необходимой и даже «наименьшим злом» из имеющихся вариантов. Тем не менее ее нельзя назвать миром. Закон, ограничивающий случаи, когда допускается применение силы, может сделать насилие более редким, но он также сохраняет легитимность насилия.
Чтобы служить своей заявленной цели, международное право должно было бы запретить применение силы против любого человека, и сделать предотвращение и устранение последствий своим основным подходом. Сила применялась бы только к объектам. При лесном пожаре направить брандспойты на пламя — это применение силы против объекта, а помочь людям добраться до безопасного места — это справедливость. На войне та же логика допускает выведение танка из строя, однако находящимся в нем солдатам по-прежнему положено оказать помощь, чтобы они оказались в безопасности.
В статье эти положения излагаются как концепция, которую предстоит проверять и оспаривать. Если она выдержит проверку, тот же критерий мог бы служить ориентиром для права далеко за пределами войны — от того, как мы воспитываем детей, до налогов, продовольствия и торговли.
Читать статью
Reagan, A. (2026). The Sovereignty of Sentience: A Phenomenological Approach to Peace for International Law. Journal on the Use of Force and International Law. doi.org/10.1080/20531702.2026.2742056